Книга "В конце они оба умрут"

Книга "В конце они оба умрут"

В издательстве Popcorn Books вышел роман Адама Сильверы «В конце они оба умрут» — история про двух парней, которым предстоит вместе прожить целую жизнь за 24 часа. Автор проекта #содомиумора Константин Кропоткин рассказывает, как эта книга меняет наше привычное представление о хеппи-энде и почему она — лучшее из всего, что Сильвера написал.

Что делать, если смерть постучалась в твою дверь? «Открыть и больше ни о чем не волноваться», — предлагает роман «В конце они оба умрут», наделавший много шума в США в 2017 году, а на русском вышедший весной 2021-го. Открыть, то есть открыться. На принятие этой мысли уходит целая книга с участием Матео и Руфуса, современных тинейджеров, которые живут в Нью-Йорке и почти одновременно получают извещение, что жить им осталось всего один день.

Адам Сильвера, чрезвычайно популярный в США автор книг для «юных взрослых», придумал мир, в котором смерть предсказуема: представители Отдела Смерти каждую ночь звонят очередному завтрашнему покойнику, а тот уж сам решает, как ему распорядиться последними отведенными часами. Предсказанию следует верить — неясно, правда, каким образом наступит летальный исход. Это может быть и случайная машина, и теракт, и падение с моста, и взрыв газа. Смерть, если хочет, всегда найдет свой путь.

Адам Сильвера сводит двух совсем разных парней. Они, говоря языком русской классики, различны, как лед и пламень. Матео, студент на домашнем обучении, друзей почти не имеет; матери у него нет, отец недавно попал в больницу и лежит в коме. Руфус — круглый сирота, он только что расстался с девушкой и на глазах у закадычных друзей избил соперника. У домашнего мальчика Матео доброе сердце. Он боится мира и почти не выходит из своей комнаты. Руфусу, мальчику уличному, море по колено, и только потеря семьи оставила в его душе глубокую рану. Руфусу 17, Матео на год старше. Один бисексуал, про другого — не вполне ясно. В любом случае оба слишком молоды, чтобы умирать.

Познакомившись с помощью специального приложения под названием «Последний друг», Руфус и Матео сразу же проникаются симпатией друг к другу, что у автора-гея, знаменитого ЛГБТ-романами, означает близость не только духовную, но и вполне ощутимое гомоэротическое влечение. Ожидание этого полного сближения формирует трепетную романтическую ауру, в которой норовят затеряться события быстро уходящей жизни. 

Книга «В конце они оба умрут» не спорит со смертью и не примиряется с ней: смерть для юных героев Сильверы — важная часть жизни. Автор, пишущий в простой и чуть залихватской манере, не подразумевает дистанции между героем и читателем, отчего каждому, пожалуй, захочется задать себе вопрос: а как поведу себя я, узнав, что мне осталось жить только один день?

С одной стороны, сюжет романа ничего особенного собой не представляет — это череда сцен из жизни современной городской молодежи. То драка, то пирушка, то проблемы с полицией, то прогулка по парку, то песни, то танцы. С другой же стороны, одно фантастическое допущение радикально меняет восприятие сколь угодно обыденного повествования. Зная, что жить осталось недолго, поездку на велосипеде воспринимаешь как большое приключение, а поход на детскую площадку по качеству эмоционального переживания тянет на откровение.

Отзывы о романах Адама Сильверы пестрят восторгами, и у этого произведения есть все шансы на читательское одобрение. «В конце они оба умрут» — пока и впрямь лучшее из того, что придумал автор, ныне 30-летний, довольно точно выверив дозу фантастики и романтики, приключений и моралите.

Пропорция получилась столь искусной, что возникают сложности с жанровым обозначением книги. Можно ли считать романом воспитания текст, где герои не успеют вырасти? Уместно ли говорить о квир-романе, если главной стала не тяга двух парней друг к другу, а их совместное, все более тесное и парадоксальным образом счастливое ощущение жизни как таковой? Считать ли максимальную погруженность в среду небогатых латиноамериканцев приметой социального романа? Стоит ли считать главной саму фантастическую идею о предопределенности смерти? Нет ли в этом указания на повествование с элементом антиутопии, как было в дебютной книге Сильверы «Скорее счастлив, чем нет»?

121
10:42
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...